На первую страницу
   
На главную

Биография    
Живопись
Фото архив    

Жизнь Куинджи
Смерть Куинджи

"Лунная ночь"

Воспоминания
К 150-летию    
Статьи    

Импрессионизм

Куинджи в
Петербурге


Арт-словарь
Хронология    
История
Музеи        

English    

Гостевая
Ссылки

Архип Куинджи
Архип Куинджи
1870 год


      
       

Архип Иванович Куинджи. Биография-характеристика М.П.Неведомского             

  
   

Юность Куинджи
Юность Куинджи 2
Дебют на выставках
Дебют на выставках 2
С передвижниками
С передвижниками 2
С передвижниками 3
С передвижниками 4
С передвижниками 5
Куинджи и ТПХВ
Куинджи и ТПХВ 2
Куинджи и ТПХВ 3
Куинджи и ТПХВ 4
Сам - один
Сам - один 2
Сам - один 3
Сам - один 4
Сам - один 5
Сам - один 6
Годы молчания
Годы молчания 2
Годы молчания 3
Годы молчания 4
Куинджи в доме
Куинджи в доме 2
Куинджи в доме 3
Куинджи в доме 4
Куинджи-педагог
Куинджи-педагог 2
Куинджи-педагог 3
Куинджи-педагог 4
Куинджи-педагог 5
Куинджи и Академия
Куинджи и Академия
Куинджи и Академия
Последние годы
Последние годы 2
Последние годы 3
Последние годы 4


   

Я уже высказывал, что, все вырастая из рамок передвижнической эстетики, Куинджи особенно утвердился в своих новых идеях именно к эпохе преподавательской деятельности. И вот однажды, в первый же год существования реформированной Академии, произошло непосредственное столкновение между новой, нарождающейся эстетикой, которую он пестовал в своей мастерской, и эстетикой «передвижнической»...
Стена в стену с мастерской Архипа Ивановича была мастерская И.И.Шишкина. Ученики последнего часто заглядывали к «куинджистам»; сам Шишкин всегда ценил в своем соседе гениального колориста, и у него возникла мысль усилить общение между обеими мастерскими, проделав в разделявшей их стене дверь... С таким предложением он однажды и явился в мастерскую Куинджи: «Соединим их, - говорил Шишкин, - ты будешь учить их колориту, а я рисунку...»
Но Куинджи решительно отверг этот план. Старый «лесовик» обиделся. Между ними произошло охлаждение. А вскоре Шишкин покинул Академию... Очень возможно, что десять лет перед тем Куинджи не нашел бы ничего неприемлемого в таком сотрудничестве... Но теперь он теоретически уже окончательно отрешился от передвижничества, вырос из него и не допускал его в свою мастерскую, оберегая от него своих учеников...
В самом деле, в наши дни это - уже пройденная ступень, нечто уже общеизвестное, что разделение рисунка и живописи есть отрицание живописи...
Теперь и в начальных школах, в классах рисования при городских училищах учителя потолковее сразу начинают преподавание с акварели, одновременно обучая живописи и рисунку, понимая, что они - нечто единое, целокупное...
Но это единство есть завоевание все той же импрессионистической полосы искусства: о нем не подозревали наши реалисты, лишь «раскрашивавшие», расцвечивавшие рисунок... В этом слиянии или даже отождествлении сказывается все та же синтезирующая тенденция, которая вообще лежит в основе импрессионизма... Современная живопись не отделяет форм и линий от красок, как в музыке мелодия не отделяется от гармонии, как не разделены форма и окраска в природе... Пятно Монэ, Дегаза, Цорна, Бенара есть одновременно и форма, и цвет, и свет, - целая «троица единая и нераздельная»... А давно ли цвет был только на свету, тени были черными и везде прослеживалась линия?.. Эта триединость - огромное приобретение...
Ее-то и отстаивал Куинджи, сохраняя в целости стену между своими учениками и Шишкиным, и так ценил он теперь эту триединость, что ради нее не пожалел обидеть старого друга...
Как читатель уже знает, вся шишкинская мастерская после ухода его слилась с куинджевской...

Куинджи и Академия

В феврале 1897 года разыгралась в обновленной Академии художеств довольно обычная, можно даже сказать, «традиционная» в наших учебных заведениях история... Необычны были только ее результаты: «в 24 часа», повелением президента Академии, великого князя Владимира Александровича, положен был конец преподавательской деятельности Архипа Ивановича Куинджи...
Начну с фактической стороны дела.
Выбранный на это пятилетие ректором архитектор Томишко встречает в канцелярии Академии ученика Крыжановского, который не знает его в лицо и потому не кланяется. Ректор, на которого «обновление», очевидно, не распространилось, осыпает ученика оскорблениями, приказывает сторожам «вывести его из канцелярии» и т.д. Ученики вступаются за оскорбленного товарища, на сходке настаивают на том, чтобы ректор извинился перед ним. Ректор, поддержанный вице-президентом И.И.Толстым, отказывается. Ученики объявляют «забастовку». Сходки идут мирно и беспрепятственно: граф Толстой не хочет прибегать к содействию полиции и предполагает просто исключить участников «забастовки», дав им три дня на размышление...

Архипу Ивановичу такая мера была, конечно, не по душе. Зная свое влияние на учеников, он на заседании Совета предложил себя в качестве «парламентера». Совет уклонился от возложения на него каких-нибудь полномочий. И когда он, тем не менее, явился по собственному побуждению на сходку, ученики не приняли его, объяснив, что боятся нареканий на него со стороны Совета... Забастовка продолжается. Куинджи делает вторую попытку поговорить с учениками. На этот раз его выслушивают. Он очень взволнован, бледен, произносит лишь несколько слов. Речь его сводится, приблизительно, к следующему: «Господа, если вы меня любите, прекратите забастовку, иначе мне будет плохо...» Голоса молодежи после этого разделяются; но большинство все же высказывается за продолжение забастовки... Тогда Совет вывешивает объявление об исключении всех «бастующих» в случае неявки их на занятия в назначенный день... Угроза не подействовала. Все ученики Академии были исключены, причем, однако, им предоставлено было право подавать прошения об обратном приеме... Мера имела обычный успех: прошения были поданы, а несколько человек, под шумок, были исключены, причем выбор был сделан, как водится, совершенно произвольно. Тем вся история и кончилась...

Как видите, вмешательство Архипа Ивановича отнюдь не носило политического характера... Но он был заключен на два дня под домашний арест, а 14 февраля получил приказание от президента Академии в течение двадцати четырех часов подать прошение об отставке из профессоров... Членом Совета его все же оставили...
Такова фактическая сторона события.
А каковы были внутренние причины всего дела, каковы были побуждения и цели у лиц, «отставлявших Академию от Куинджи», - это, конечно, вопрос иного порядка. Ответить на него с полной определенностью нелегко... Впрочем, так как я пишу не историю Академии и не биографию кого-либо из заправлявших тогда ею лиц, а биографию Куинджи, то раскрытие тайных пружин события не так уж существенно для моих целей... Мне важно подчеркнуть только одно: все поведение Архипа Ивановича имело в виду - защиту учеников, имело целью - наладить дело учения в Академии... По свидетельству некоторых из учеников, участников события, он, даже после отставки своей, по выходе из-под домашнего ареста, встречаясь с ними, уговаривал приняться за работу, проповедовал на излюбленную свою тему: «Талант - синоним труда, не трудиться - значить губить свои способности» и т.д.

Если же о его вмешательстве в инцидент было доложено по начальству в такой форме и окраске, которые повлекли за собой роковые «24 часа», то это была licentia poetica авторов доклада, - не более того...

далее...


Галереи Куинджи: 1 - 2 - 3 - 4 - 5 - English Version (Англ.версия)


    www.kuinje.ru, 2007-14. Все права защищены. Для контактов - arhip(a)kuinje.ru    
    Сайт рекомендован к просмотру Домом-музеем А.И.Куинджи в Санкт-Петербурге    

  Rambler's Top100